кандидат психологических наук, доцент
PhD in Psychology, Associate Professor
старший преподаватель
Senior Lecturer
магистрант
Master’s Student
Background. Adolescence is a critical period of personal development in which the experience of loneliness and aggressive behavior represent interrelated psychological phenomena that threaten social adaptation. Despite the relevance of the problem, the mechanisms underlying the relationship between various forms of loneliness and specific types of aggressiveness in 13–14-year-old adolescents remain insufficiently studied.
Purpose – to identify the nature and significance of the relationship between the experience of loneliness and various forms of aggressiveness in adolescents, and to establish gender differences in the manifestation of these phenomena.
Materials and methods. An empirical study was conducted on a sample of 106 seventh-grade students (52 boys, 54 girls) from secondary schools in Vladivostok, aged 13–14 years. A battery of psychodiagnostic instruments was used: the UCLA Loneliness Scale (adapted by A.N. Kashirsky), the Emotions Test (Bass–Darkey modification by G.V. Rezapkina), the Cook–Medley Hostility Scale (adapted by Yu.A. Mendzheritskaya), and Rogova’s Loneliness Questionnaire. Statistical analysis was performed using Spearman’s rank correlation coefficient and the Mann–Whitney U-test.
Results. Significant positive correlations were established between the general sense of loneliness and resentfulness (r=0,519), suspiciousness (r=0,473), cynicism (r=0,447), indirect aggression (r=0,444), and hostility (r=0,412). Cognitive loneliness demonstrated the strongest associations with aggressive manifestations (r up to 0,590). Statistically significant gender differences were identified: girls showed higher levels of irritability, hostility, cynicism, and temporary loneliness; boys exhibited higher levels of physical aggression. Loneliness acts as the primary source of internal tension, while aggression serves as a secondary defensive response to social isolation.
Обоснование. Подростковый возраст представляет собой критический период личностного становления, в котором переживание одиночества и агрессивное поведение выступают взаимосвязанными психологическими феноменами, угрожающими социальной адаптации. Несмотря на актуальность проблемы, механизмы взаимосвязи различных форм одиночества и конкретных видов агрессивности у подростков 13–14 лет остаются недостаточно изученными.
Цель – выявить характер и значимость взаимосвязи между переживанием одиночества и различными формами агрессивности у подростков, а также установить гендерные различия в проявлении данных феноменов.
Материалы и методы. Эмпирическое исследование проведено на выборке из 106 учащихся 7-х классов (52 юноши, 54 девушки) общеобразовательных учреждений г. Владивостока в возрасте 13–14 лет. Использован комплекс психодиагностических методик: «Шкала одиночества UCLA» (адаптация А.Н. Каширского), «Тест эмоций» (модификация Басса–Дарки по Г.В. Резапкиной), «Шкала враждебности Кука–Медлей» (адаптация Ю.А. Менджерицкой), опросник одиночества Е.Е. Роговой. Статистическая обработка проводилась с применением коэффициента ранговой корреляции Ч. Спирмена и U-критерия Манна–Уитни.
Результаты. Установлены значимые положительные корреляции между общим ощущением одиночества и обидчивостью (r=0,519), подозрительностью (r=0,473), цинизмом (r=0,447), косвенной агрессией (r=0,444), враждебностью (r=0,412). Когнитивное одиночество обнаружило наиболее выраженные связи с агрессивными проявлениями (r до 0,590). Выявлены статистически значимые гендерные различия: у девушек выше показатели раздражения, враждебности, цинизма и временного одиночества; у юношей – физической агрессии. Одиночество выступает первичным источником внутреннего напряжения, тогда как агрессия является вторичной защитной реакцией на социальную изоляцию.