Institutionalization of the modern paradigm of military education under the conditions of a special military operation
Abstract
Background. The need to institutionalize a modern paradigm of military education in the Russian Federation is driven by the changing character of armed conflict during the special military operation, the sharp rise of high technologies (AI, unmanned and robotic systems, cybersecurity, network-centric solutions), and the redistribution of requirements toward technological and engineering competence across a wide range of military specialties. Additional factors include accelerated knowledge renewal amid compressed training timelines, structural imbalances in the faculty corps (aging teaching staff and a mindset detached from “digital” practices), low motivation among researchers in the military environment, and heterogeneous training infrastructure. Purpose. To substantiate and conceptually design an institutional model of the modern military-education paradigm that ensures graduates’ technological and engineering readiness for high-tech combat environments, strengthens R&D and innovation activity in military universities, and enables sustainable human-capital development within a framework of “continuous military education.” Materials and methods. The study first examined the legal and strategic foundations of modernization, followed by the institutional mechanisms for governing military education. On this basis, foreign practices from NATO/EU, the USA, and the PRC were compared to show how engineering, IT, and UAS competencies are incorporated into curricula. Public reporting and open statistics on the network of military higher-education institutions and their material and technical base were additionally analyzed to assess actual levels of equipment. The final step was a foresight assessment refining requirements for key competencies over the next three to five years. Results. The analysis revealed that the main difficulties lie in the content of training–where curricula lag behind SVO-driven tasks and the technological agenda; in human resources–due to an aging faculty and weak research motivation; in infrastructure–because of shortages of simulators, robotics test benches, and computing capacity; and in governance–owing to fragmented initiatives and weak inter-university cooperation. In response, a target institutional model was formulated: at its core is a federal Department of Military Education responsible for standardization, accreditation, and project management; its support pillars are inter-university military research communities in AI, UAS/FPV, robotics, cybersecurity, and tactical medicine. Graduate preparation is reoriented toward an engineering-digital track with project-based practice and intensive use of simulators and VR/AR, while research staff receive clear incentives–from intradepartmental grants and “teacher-researcher” career tracks to joint laboratories with civilian universities. Infrastructure is upgraded through reference digital ranges, UAS/robotics laboratories, and HPC nodes for modeling, and effectiveness is tracked by a monitoring and KPI system that accounts for the share of practice-oriented modules, R&D output and adoption, participation in national programs, and equipment readiness levels. Implementation is staged across short-, mid-, and long-term horizons with pre-identified resource, personnel, and regulatory risks and corresponding mitigation measures.
Keywords
military education, institutionalization, competency-based model, engineering and technological training, research communities
Институализация современной парадигмы военного образования в условиях проведения специальной военной операции
Аннотация
Обоснование. Необходимость институализации современной парадигмы военного образования в Российской Федерации обусловлена изменением характера вооруженной борьбы в условиях специальной военной операции, резким ростом роли высоких технологий (искусственного интеллекта (далее - ИИ)), беспилотные и робототехнические системы, кибербезопасность, сетево-центрические решения), а также изменениям требований к технологической и инженерной компетентности широкого круга военных специалистов. Дополнительными факторами выступают ускорение обновления знаний при одновременном сокращении сроков обучения, структурные диспропорции кадрового состава (старение профессорско-преподавательского корпуса, ментальная отстраненность от «цифровых» практик), низкая мотивация научных работников в военной среде и неоднородность материально-технической базы. Цель – научно обосновать и концептуально спроектировать институциональную модель современной парадигмы военного образования, обеспечивающую технологическую и инженерную подготовленность выпускников к ведению боевых действий в высокотехнологичной среде, повышение научно-инновационной активности военных вузов и устойчивое воспроизводство кадров в логике «непрерывного военного образования». Материалы и методы. В исследовании последовательно изучены правовые и стратегические основания модернизации, затем – институциональные механизмы управления военным образованием. На этой основе сопоставлены зарубежные практики НАТО/ЕС, США и КНР, показывающие, как инженерные, ИТ- и БПЛА-компетенции внедряются в учебные планы. Дополнительно проанализированы открытая отчетность и статистика по сети военных вузов и их материально-технической базе, что позволило оценить реальный уровень оснащенности. Завершающим шагом стала форсайт-оценка, уточнившая требования к ключевым компетенциям военных специалистов на горизонте ближайших трех–пяти лет. Результаты. Исследование показало, что ключевые трудности сосредоточены в содержании подготовки, где учебные планы не поспевают за задачами специальной военной операциии технологической повесткой, в кадрах – из-за старения профессорско-преподавательского состава и слабой мотивации исследователей, в инфраструктуре – из-за дефицита симуляторов, робототехнических стендов и вычислительных мощностей, а также в управлении – из-за разрозненности инициатив и слабой межвузовской кооперации. В ответ сформирована целевая модель институционализации: ее ядром становится федеральный департамент военного образования, который берет на себя стандартизацию, аккредитацию и проектное управление, а опорой – межвузовские военно-научные сообщества по ИИ, беспилотным летательным аппаратам (в том числе с режимом полета с видом от первого лица), робототехнике, кибербезопасности и тактической медицине. Подготовка выпускника переориентируется на инженерно-цифровой трек с проектной практикой и активным использованием симуляторов и технологий виртуальной и дополненной реальности, а научные кадры получают понятные стимулы – от внутриведомственных грантов и карьерных треков «преподаватель-исследователь» до совместных лабораторий с гражданскими вузами. Инфраструктура обновляется за счет типовых цифровых полигонов, лабораторий беспилотных летательных аппаратов и робототехники и высокопроизводительных вычислительных узлов для моделирования, а эффективность фиксируется через систему мониторинга и ключевых показателей эффективности, учитывающую долю практико-ориентированных модулей, объем научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (далее – НИОКР) и внедрений, участие в национальных программах и уровень оснащенности. Реализация модельной архитектуры предусмотрена по этапам – от короткого к среднему и долгому горизонту – с заранее описанными ресурсными, кадровыми и нормативными рисками и соответствующими мерами их нейтрализации.
Ключевые слова
военное образование, институционализация, компетентностная модель, инженерная и технологическая подготовка, научные сообщества
Список литературы
1. Сидняев, Н. И. (2021). Сетецентрические управляющие системы и боевые операции. Военная мысль, (12), 60–71. EDN: https://elibrary.ru/MUSGWA
2. Крюков, Е. В., & Исламов, В. А. (2025). Военные конфликты как драйвер научных исследований: педагогика, психология, медицина, реабилитация. Гуманитарный военный журнал, 1(1), 5–10. https://doi.org/10.17816/hmj654001. EDN: https://elibrary.ru/GFRGIT
3. Кизянов, В. П. (2011). Развитие информационно‑технологической компетенции курсанта военного вуза в современных условиях. В Социокультурная многомерность образовательной деятельности: материалы Всероссийской научно‑практической конференции, Пермь, 14–15 апреля 2011 года / под общ. ред. Л. И. Лурье (с. 177–182). Пермь: Пермский государственный гуманитарно‑педагогический университет. EDN: https://elibrary.ru/VNAMDF
4. Юдин, А. А., & Репринцева, Ю. С. (2021). Развитие образовательных технологий военного образования в соответствии с современными требованиями компетенции. В Молодёжь XXI века: шаг в будущее: материалы XXII региональной научно‑практической конференции, Благовещенск, 20 мая 2021 года (с. 378–379). Благовещенск: Благовещенский государственный педагогический университет. EDN: https://elibrary.ru/LIOGZR
5. Напсо, М. Д. (2023). VR и AR‑технологии в образовательном процессе. Этносоциум и межнациональная культура, 182(8), 120–125. EDN: https://elibrary.ru/EZEHWJ
6. Серба, В. Я., & Грачев, В. В. (2018). Проблемы и направления совершенствования системы материально‑технического обеспечения Вооружённых Сил Российской Федерации. Военная мысль, (5), 37–42. EDN: https://elibrary.ru/XMGFAT
7. Марков, К. В. (2025). Ключевая задача — анализ проблем современного воспитательного процесса в системе военного образования. Вестник военного образования, 52(1), 112–114. EDN: https://elibrary.ru/POAJUW
8. Кудрин, С. (2025, 7 июля). Минобороны России запустило проект «Военное образование — на службе Отечеству». Комсомольская правда (KP.RU). Получено с: https://www.kp.ru/online/news/6459263/ (дата обращения: 15.09.2025).
9. Пырнова, О. А., & Зарипова, Р. С. (2019). Технологии искусственного интеллекта в образовании. Russian Journal of Education and Psychology, 10(3), 41–44. EDN: https://elibrary.ru/ISGJDC
10. О необходимости изменений в военном образовании заявил глава Минобороны Андрей Белоусов. (2025, 7 июля). Первый канал. Получено с: https://www.1tv.ru/news/2025-07-07/514606-o_neobhodimosti_izmeneniy_v_voennom_obrazovanii_zayavil_glava_minoborony_andrey_belousov (дата обращения: 14.09.2025).
11. Ильина, И. Ю. (2022). Возрастная динамика профессорско‑преподавательского состава высшей школы: актуальные тенденции и оценка перспектив. Вестник НГУЭУ, (3), 128–139. https://doi.org/10.34020/2073-6495-2022-3-128-139. EDN: https://elibrary.ru/EVSOUB
12. Дворникова, О. Ф., Самохин, В. Ф., Дворников, С. В., & Худяков, А. И. (2023). Проблемы подготовки и подбора научных кадров для решения задач военной науки. Эргодизайн, 21(3), 212–225. https://doi.org/10.30987/2658-4026-2023-3-212-225. EDN: https://elibrary.ru/ZVAXDD
13. Военно‑медицинская академия им. С. М. Кирова. (2025, 14 марта). Военно‑медицинская академия и Самарский государственный медицинский университет Минздрава России завершили разработку виртуального тренажёра по тактической медицине. Получено с: https://www.vmeda.org/voenno-mediczinskaya-akademiya-i-samarskij-gosudarstvennyj-mediczinskij-universitet-minzdrava-rossii-zavershili-razrabotku-virtualnogo-trenazhera-po-takticheskoj-mediczine/ (дата обращения: 14.09.2025).
14. Образцов, М. С. (2025). Концептуальное проектирование в нотации IDEF0 системы адаптивной физической культуры в Вооружённых Силах Российской Федерации. Russian Journal of Education and Psychology, 16(2), 283–310. https://doi.org/10.12731/2658-4034-2025-16-2-814. EDN: https://elibrary.ru/QEFAJM
15. Веревкин, А. С., Проценко, О. П., Рябушев, Д. Л., & Никоноров, В. И. (2021). К вопросу внедрения технологий искусственного интеллекта в робототехнические комплексы военного назначения. Стратегическая стабильность, 94(1), 91–93. EDN: https://elibrary.ru/UVAGZS
16. Бакаева, О. Ю., & Землянская, Н. И. (2025). Научный кружок как форма образовательного процесса. Вестник Саратовской государственной юридической академии, 163(2), 88–96. https://doi.org/10.24412/2227-7315-2025-2-88-96. EDN: https://elibrary.ru/GFJTGE
17. Гришина, Е. М., & Архангельский, Ю. С. (2014). Об омоложении профессорско‑преподавательского состава высшего учебного заведения. Вопросы электротехнологии, 3(2), 73–76. EDN: https://elibrary.ru/UCNRTN
18. Латанова, Е. Н. (2023). Характеристика ценностно‑мотивационной сферы личности военнослужащих‑мужчин и женщин в современной российской армии. Пензенский психологический вестник, 20(1), 18–29. EDN: https://elibrary.ru/OSCXBR
19. Аскарова, В. Я. (2021). Чтение, молодёжь и цифровые технологии: «Приоритет‑2030». Вестник Московского государственного университета культуры и искусств, 101(3), 185–200. https://doi.org/10.24412/1997-0803-2021-3101-185-200. EDN: https://elibrary.ru/SGYDOG
20. Военно‑медицинская академия им. С. М. Кирова. Военно‑медицинская академия включена в специальную часть программы «Приоритет‑2030». Получено с: https://www.vmeda.org/voenno-mediczinskaya-akademiya-vklyuchena-v-speczialnuyu-chast-programmy-prioritet-2030/ (дата обращения: 12.09.2025).
21. Бегунц, А. В., & Соловьёва, О. С. (2021). О применении дидактической спирали при построении учебных программ. Вестник Московского университета. Серия 20: Педагогическое образование, (4), 15–36. https://doi.org/10.55959/MSU2073-2635-20-2021-4-15-36. EDN: https://elibrary.ru/JHZAJS
22. Задел кадров: в России значительно увеличат число военных вузов. (2025, 2 июля). NK‑TV: Новости Новокузнецка. Получено с: https://nk-tv.com/306768.html (дата обращения: 13.09.2025).
23. Liu, Zhen. (2025, 16 May). China announces new military academies as part of PLA modernisation drive. South China Morning Post. Получено с: https://www.scmp.com/news/china/military/article/3310537/china-announces-three-new-military-academies-part-pla-modernisation-drive (дата обращения: 14.09.2025).
24. Кабакович, Г., & Николаева, Ю. (2004). Роль и место гражданских вузов в подготовке военных специалистов. Высшее образование в России, (2), 111–119. EDN: https://elibrary.ru/IBNAGL
25. Burcin, R., Keiser, A., Siegel, M., & Clochard Yau, A. (2013). Broadening participation in the US and UK: Keys to growing underrepresented student populations in STEM (RI Technical Report TR‑13‑17). Pittsburgh, PA: Carnegie Mellon University, The Robotics Institute. Получено с: https://www.ri.cmu.edu/pub_files/2013/4/201304-Broadening_Participation.pdf (дата обращения: 19.09.2025).
References
1. Sidnyaev, N. I. (2021). Network‑centric control systems and combat operations. Military Thought, (12), 60–71. EDN: https://elibrary.ru/MUSGWA
2. Kryukov, E. V., & Islamov, V. A. (2025). Military conflicts as a driver of scientific research: pedagogy, psychology, medicine, rehabilitation. Humanitarian Military Journal, 1(1), 5–10. https://doi.org/10.17816/hmj654001. EDN: https://elibrary.ru/GFRGIT
3. Kizyanov, V. P. (2011). Developing information technology competency of military university cadets in modern conditions. In Socio‑cultural multidimensionality of educational activity: Proceedings of the All‑Russian research and practice conference, Perm, April 14–15, 2011 (L. I. Lurie, Ed., pp. 177–182). Perm: Perm State Humanitarian Pedagogical University. EDN: https://elibrary.ru/VNAMDF
4. Yudin, A. A., & Reprintseva, Yu. S. (2021). Developing educational technologies of military education in accordance with modern competency requirements. In Youth of the 21st century: a step into the future: Proceedings of the 22nd regional research and practice conference, Blagoveshchensk, May 20, 2021 (pp. 378–379). Blagoveshchensk: Blagoveshchensk State Pedagogical University. EDN: https://elibrary.ru/LIOGZR
5. Naps, M. D. (2023). VR and AR technologies in the educational process. Ethnosocium and Interethnic Culture, 182(8), 120–125. EDN: https://elibrary.ru/EZEHWJ
6. Serba, V. Ya., & Grachev, V. V. (2018). Problems and directions for improving the logistics support system of the Armed Forces of the Russian Federation. Military Thought, (5), 37–42. EDN: https://elibrary.ru/XMGFAT
7. Markov, K. V. (2025). The key task — analyzing problems of the modern educational process in the military education system. Bulletin of Military Education, 52(1), 112–114. EDN: https://elibrary.ru/POAJUW
8. Kudrin, S. (2025, July 7). The Russian Ministry of Defense launched the project “Military education — in the service of the Fatherland”. Komsomolskaya Pravda (KP.RU). Retrieved from: https://www.kp.ru/online/news/6459263/ (accessed: 15.09.2025)
9. Pyrnova, O. A., & Zaripova, R. S. (2019). Artificial intelligence technologies in education. Russian Journal of Education and Psychology, 10(3), 41–44. EDN: https://elibrary.ru/ISGJDC
10. The head of the Ministry of Defense Andrey Belousov announced the need for changes in military education (2025, July 7). Pervy Kanal (First Channel). Retrieved from: https://www.1tv.ru/news/2025-07-07/514606-o_neobhodimosti_izmeneniy_v_voennom_obrazovanii_zayavil_glava_minoborony_andrey_belousov (accessed: 14.09.2025)
11. Ilyina, I. Yu. (2022). Age dynamics of the teaching staff in higher education: current trends and prospects assessment. Bulletin of NSUEM, (3), 128–139. https://doi.org/10.34020/2073-6495-2022-3-128-139. EDN: https://elibrary.ru/EVSOUB
12. Dvornikova, O. F., Samokhin, V. F., Dvornikov, S. V., & Khudyakov, A. I. (2023). Problems of training and selecting scientific personnel to address military science challenges. Ergodesign, 21(3), 212–225. https://doi.org/10.30987/2658-4026-2023-3-212-225. EDN: https://elibrary.ru/ZVAXDD
13. S. M. Kirov Military Medical Academy (2025, March 14). The Military Medical Academy and Samara State Medical University of the Ministry of Health of Russia completed the development of a virtual simulator for tactical medicine. Retrieved from: https://www.vmeda.org/voenno-mediczinskaya-akademiya-i-samarskij-gosudarstvennyj-mediczinskij-universitet-minzdrava-rossii-zavershili-razrabotku-virtualnogo-trenazhera-po-takticheskoj-mediczine/ (accessed: 14.09.2025)
14. Obraztsov, M. S. (2025). Conceptual design in IDEF0 notation of an adaptive physical culture system in the Armed Forces of the Russian Federation. Russian Journal of Education and Psychology, 16(2), 283–310. https://doi.org/10.12731/2658-4034-2025-16-2-814. EDN: https://elibrary.ru/QEFAJM
15. Verevkin, A. S., Protsenko, O. P., Ryabushev, D. L., & Nikonorov, V. I. (2021). On the issue of implementing artificial intelligence technologies in military robotic systems. Strategic Stability, 94(1), 91–93. EDN: https://elibrary.ru/UVAGZS
16. Bakaeva, O. Yu., & Zemlyanskaya, N. I. (2025). A scientific circle as a form of the educational process. Bulletin of Saratov State Law Academy, 163(2), 88–96. https://doi.org/10.24412/2227-7315-2025-2-88-96. EDN: https://elibrary.ru/GFJTGE
17. Grishina, E. M., & Arkhangelsky, Yu. S. (2014). On rejuvenating the teaching staff of higher education institutions. Issues of Electrotechnology, 3(2), 73–76. EDN: https://elibrary.ru/UCNRTN
18. Latanova, E. N. (2023). Characteristics of the value‑motivational sphere of military personnel (men and women) in the modern Russian army. Penza Psychological Bulletin, 20(1), 18–29. EDN: https://elibrary.ru/OSCXBR
19. Askarova, V. Ya. (2021). Reading, youth, and digital technologies: “Priority 2030”. Bulletin of Moscow State University of Culture and Arts, 101(3), 185–200. https://doi.org/10.24412/1997-0803-2021-3101-185-200. EDN: https://elibrary.ru/SGYDOG
20. S. M. Kirov Military Medical Academy. The Military Medical Academy has been included in the special part of the “Priority 2030” program. Retrieved from: https://www.vmeda.org/voenno-mediczinskaya-akademiya-vklyuchena-v-speczialnuyu-chast-programmy-prioritet-2030/ (accessed: 12.09.2025)
21. Begunts, A. V., & Solovyova, O. S. (2021). On applying the didactic spiral in designing educational programs. Bulletin of Moscow University. Series 20: Pedagogical Education, (4), 15–36. https://doi.org/10.55959/MSU2073-2635-20-2021-4-15-36. EDN: https://elibrary.ru/JHZAJS
22. Building the personnel base: Russia will significantly increase the number of military higher education institutions (2025, July 2). NK TV: Novokuznetsk News. Retrieved from: https://nk-tv.com/306768.html (accessed: 13.09.2025)
23. Liu, Zhen (2025, May 16). China announces new military academies as part of PLA modernisation drive. South China Morning Post. Retrieved from: https://www.scmp.com/news/china/military/article/3310537/china-announces-three-new-military-academies-part-pla-modernisation-drive (accessed: 14.09.2025)
24. Kabakovich, G., & Nikolaeva, Yu. (2004). The role and place of civilian universities in training military specialists. Higher Education in Russia, (2), 111–119. EDN: https://elibrary.ru/IBNAGL
25. Burcin, R., Keiser, A., Siegel, M., & Clochard Yau, A. (2013). Broadening participation in the US and UK: Keys to growing underrepresented student populations in STEM (RI Technical Report TR 13‑17). Pittsburgh, PA: Carnegie Mellon University, The Robotics Institute. Retrieved from: https://www.ri.cmu.edu/pub_files/2013/4/201304-Broadening_Participation.pdf (accessed: 19.09.2025)